r_arrow

Может ли правообладатель заработать на исках к рознице?

6 июля 2018 г.
img

Тема борьбы с контрафактом в лицензионной индустрии продолжает быть актуальной. Существует как минимум два взгляда на проблему. Одни говорят, что активные действия правообладателей по борьбе с пиратством только оздоравливают рынок и способствует его развитию, другие же утверждают, что многочисленные судебные процессы становятся дополнительным источником дохода для лицензиаров и способом отобрать последнее у и без того нищей российской розницы. В вышедшем недавно материале РБК авторы приводят в пример работу британской компании Entertainment One UK Limited. Основной посыл текста в том, что правообладатель пользуется безграмотностью предпринимателей и активно зарабатывает на судебных процессах. Мы попросили прокомментировать этот спорный материал Романа Лукьянова, управляющего партнера компанииSemenov&Pevzner, и рассказать, может ли в действительности правообладатель зарабатывать на исках к рознице.

- Роман, здравствуйте! Как, по-вашему, присутствует ли в действительности безграмотность ритейлеров на российском рынке?

 - В целом – да, уровень правовой безграмотности достаточно высок. Другое дело, что никто из ритейлеров особенно не стремится эту безграмотность преодолевать, предпочитая обвинять правообладателей.

- Всегда ли торговля контрафактом ведется по незнанию или это часто осмысленное нарушение?

- Да, практика показывает, что в подавляющем большинстве случаев ритейлер понимает, что он торгует контрафактом.

- Почему продавцы не запрашивают никаких документов у поставщиков продукции и как изменение этой ситуации могло бы повлиять на положение с контрафактом в целом?

- Это сложный вопрос; вероятнее всего это обусловлено двумя факторами – низкий уровень предпринимательской культуры и позиция самих поставщиков (не продают товар с документами). Ритейлер во многом здесь зависит от поставщика, который не предоставляет документы, а потом оказывается в ловушке между правообладателем, который предъявляет ему иск и поставщиком, на которого никак не получается сместить фокус претензий без документов. Если бы продавцы собирали полный пакет документов, то:

а) поставщики бы чаще становились ответчиками и к ним предъявлялись бы существенные иски;

б) сами продавцы могли бы в регрессном порядке взыскивать с поставщиков свои потери, которые возникают в результате продажи контрафакта.

- Почему иски предъявляются только к продавцам, а не к производителям или оптовикам?

- Потому что в 99% случаев поставщик/оптовик прекрасно подготовлен к контрольным закупкам: он не дает никаких документов, не идентифицирует себя в обороте, работает с проверенными покупателями. Иногда включается и коррупциогенный фактор. Сами продавцы в 99% случаев либо не хотят раскрывать сведения о поставщике, либо не могут этого сделать, поскольку документов нет. Но все же нельзя говорить о том, что иски предъявляются только к продавцам, небольшой процент исков к оптовикам/поставщикам/производителям предъявляется по всей России, есть даже уголовные дела.

- Может ли правообладатель зарабатывать на таких процессах? Если вам не сложно, приведите порядки сумм и приблизительные расходы.

 - Как практикующий юрист, знающий ситуацию изнутри, я убежден, что заработать на таких процессах просто невозможно. 98% всех дел – это иски к рознице. Средняя сумма компенсации, которая взыскивается с нарушителей – розничных продавцов, это примерно 50 000 рублей.

Возможно, около 10 000 рублей составят судебные расходы. Себестоимость каждого дела составляет по крайней мере те же 50 000 рублей: это затраты на госпошлину, оплата выписок, почтовой корреспонденции, транспортных расходов, работы юристов от претензионной стадии до работы с приставами. Как правило, эта сумма оказывается даже больше.

Многие дела, например, о контрафакте в сети «Интернет», несут правообладателям одни расходы, до компенсаций тут, как правило, дело не доходит. Если учесть, что правообладатель, какая бы сильная команда юристов на него ни работала, выявляет не более 5% всех случаев нарушения, можно примерно представить, какой объем нарушений проходит мимо.

Важно помнить и про потери, которые бизнес несет по факту пиратства по бренду в целом. Это, например, снижение ставок и объемов закупок лицензионного товара, не выдерживающего ценовую конкуренцию с пиратскими товарами и многое другое.

Возможно, ситуация могла бы измениться, если бы суды назначали на порядок большие компенсации. Чтобы у продавцов была мотивация проверять своего поставщика, покупать и торговать лицензионным товаром, а не контрафактом. То есть компенсация должна быть ровно такого размера, чтобы корректировать поведение продавца на рынке. Сейчас этого, увы, нет.

Вестник лицензионного рынка

Интервью и аналитика